Профессионалы о Стратегии развития электросетевого комплекса

Teplovichok Today обсудил с одними из лучших отраслевых экспертов вопросы стратегии развития электросетевого комплекса, перекрестного субсидирования, консолидации сетевых активов и трансляции положительных эффектов на конечных потребителей.

В обсуждении приняли участие следующие эксперты:

  • Селезнев Валерий – первый заместитель председателя комитета Госдумы по энергетике;

  • Адамоков Руслан – директор по развитию АО «Татэнерго»;

  • Дзюбенко Валерий – заместитель директора Ассоциации «Сообщество потребителей энергии»;

  • Балашов Максим – директор по работе с естественными монополиями ЗАО«РУСАЛ Глобал Менеджмент Б.В.»;

  • Отраслевой эксперт – эксперт, пожелавший сохранить анонимность;

  • Пикин Сергей – директор Фонда энергетического развития;

  • Малых Наталия – аналитик ГК «ФИНАМ».



1. Как вы оцениваете достижение целей, поставленных в Стратегии-2013?


Селезнев Валерий, первый заместитель председателя комитета Госдумы по энергетике: В целом, оцениваю положительно. Безусловно, не все планы удалось реализовать, но сокращения расходов по ряду ключевых направлений, повышения надежности, снижения аварийности, упрощения технологического присоединения удалось достичь – и это не маловажно.



Адамоков Руслан, директор по развитию АО «Татэнерго»: Нельзя однозначно ответить, что-то было достигнуто, что-то нет. Необходимо понимать, что разработка стратегических документов очень сложная и многофакторная задача, особенно в условиях современных экономических реалий и в быстро меняющемся мире. Нельзя было однозначно предугадать те события, которые произошли, а развитие сетей неразрывно связано с этими событиями. Но несомненно, в целом есть куда стремиться и что улучшать.



Дзюбенко Валерий, заместитель директора Ассоциации «Сообщество потребителей энергии»: Значительное число целевых ориентиров действующей стратегии не достигнуты, главный из которых – сокращение объёмов перекрёстного субсидирования. Сокращение доли сетей в конечной цене произошло исключительно благодаря опережающему росту оптовой составляющей и с результатами деятельности сетевого комплекса не связано. Снижение операционных и инвестиционных затрат сетей, уменьшение числа ТСО не привело к снижению тарифов для потребителей. В части стоимости и сроков технологического присоединения ощутимый прогресс достигнут только в агломерациях Москвы и Санкт-Петербурга, которые используются для отчетности при составлении рейтинга «Doing Business».



Балашов Максим, директор по работе с естественными монополиями ЗАО«РУСАЛ Глобал Менеджмент Б.В.»: Сложно оценить исполнение большей части целей Стратегии-2013, для большинства целей не было указанно четких критериев исполнения. Повысилась ли надёжность энергоснабжения, по сравнению с аварийными 2016-18 гг., да, наверное, повысилась блэк-аутов по нашим предприятиям в 2019-20 гг. не было, есть ли в этом заслуга Россетей – думаю, какая-то есть.


Смогли ли Россети за этот период ввести качественный коммерческий учет близкий по уровню к требованиям ОРЭМ – нет не смогли, вместо этого придумали новую программу цифровизации и интеллектуального учета на 1,3 трлн рублей, только инвестиций. В 2019 г., когда принимали ФЗ об интеллектуальном учете, говорили, что будут всё делать за свой счёт. Сегодня уже хотят увеличения тарифа сверх ИПЦ для установки счётчиков. Видимо с коммерческим учетом сети ожидает очередной провал.


Провальным моментом Стратегии-2013, конечно, является отсутствие динамики сокращения перекрёстного субсидирования к 2022 году до 45-50 млрд рублей, и не введение социальной нормы электропотребления для населения.



Отраслевой эксперт: Не интересовался, по-моему, оценка выполнения стратегии — это дело органов корпоративного управления… Мой интерес к электрическим сетям вызван исключительно тем, что я занимаюсь проблемами тепловых сетей и некоторые параллели весьма уместны, а опыт - переносим. Электрические сети в сравнении с тепловыми технологичнее, современнее, надёжнее и выгоднее чем тепловые сети в данный момент, поэтому надо смотреть на лучшие аспекты этой инфраструктуры, ну и в какой-то нарастающей степени эта инфраструктура конкурент теплосетевой...



Пикин Сергей, директор Фонда энергетического развития: В целом все количественные показатели, заданные Стратегией-2013 были выполнены, это касается и показателей надежности, доступности и безопасности электросетевой инфраструктуры, потерь, удельных операционных и инвестиционных затрат, количества ТСО.


Проблемными вопросами, которые не удалось решить остались перекрестное субсидирование и долгосрочность тарифных решений. Кроме того, не произошло приватизации МРСК, как раз ввиду отсутствия решения проблем, связанных с тарифным регулированием.


Я считаю абсолютно правильным продолжить решение указанных задач в новом периоде стратегического планирования, что позволит сохранить преемственность Стратегии 2020 с текущей редакцией. При этом инструменты решения указанных задач должны соответствовать новым реалиям.


Например, задача по привлечению в отрасль частных инвесторов по-прежнему остаётся актуальной. А вот механизм через приватизацию МРСК не стыкуется с задачей по поэтапному созданию единого электросетевого комплекса РФ и напрямую противоречит Стратегии развития группы компаний Россети.


Это же касается и перекрестного субсидирования, механизмы решения которого должны быть адаптированы к текущей ситуации.



2. Заявлено, что по итогам реализации Стратегии-2013 к 2017 г. были сокращены удельные операционные затраты на 30,3% и инвестиционные затраты на 30%. Разве такое значимое повышение эффективности не должно было отразиться на платеже потребителей услуг?


Адамоков Руслан, директор по развитию АО «Татэнерго»: Если ответить кратко, то да, должны. Но опять же, при условии, что в сетевой тариф не включаются другие затраты, в том числе и пресловутая «перекрестка». В конце концов мы должны прийти к полной прозрачности тарифов для конечных потребителей, чтобы они понимали за что они платят и сколько.



Дзюбенко Валерий, заместитель директора Ассоциации «Сообщество потребителей энергии»: Эффект экономии расходов, конечно, должен передаваться потребителям хотя бы частично в виде снижения тарифов. Но этого не произошло – средства осели в монополии без каких-либо внятных целей и пояснений.



Балашов Максим, директор по работе с естественными монополиями ЗАО«РУСАЛ Глобал Менеджмент Б.В.»: Это поразительные цифры и да, конечно они с нашей точки зрения должны быть использованы для «заморозки» тарифов электросетевых компаний на период до выхода промышленности из экономического кризиса, вызванного пандемией короновируса.


Но, судя по всему, Россети нашли сэкономленным средствам другое применение с 01 июня 2020 года акционеры ПАО «Россети» одобрили выплату по итогам 2019 года дивидендов в размере 17,6 млрд рублей. В общей сложности за 2019 год ПАО «Россети» планируют направить на дивиденды 23 млрд рублей с учетом промежуточных дивидендов в размере 5 млрд рублей за первый квартал 2019 года.



Отраслевой эксперт: Снижать цены получая внутреннюю эффективность это так по-советски и так недальновидно. Рынок уже адаптировался к ценам, зачем разбрасываться эффектами? Другое дело – реинвестировать эти достигнутые эффекты… На что они преимущественно были потрачены – это хороший вопрос, наверняка компания разберётся с этим сама.



Пикин Сергей, директор Фонда энергетического развития: Вопросом борьбы с перекресткой занимаются уже не один десяток лет. Зародился механизм в 90-е, в период кризиса, для защиты простых граждан, когда промышленные предприятия оплачивали часть стоимости электроэнергии, потребленной населением и приравненными к нему категориями потребителей. В 2008 году его из конечной стоимости электроэнергии перенесли в тариф на услуги распредсетей, не трогая тарифы сетей ФСК. Сегодня такая ситуация приводит к убыткам распредсетей, а также к росту тарифов для малого и среднего бизнеса, что существенно замедляет его развитие. Выходом может стать справедливое распределение перекрестного субсидирования. Поэтому я поддерживаю идею, заложенную в законопроекте, который совместно разработали Министерство энергетики Российской Федерации и холдинг «Россети», согласно которому бремя по содержанию объектов электросетевого хозяйства предлагается поэтапно и справедливо распределить на всех потребителей, работающих в регионах, т.е. тарифы для одних будут постепенно расти, а для других – постепенно снижаться. Также предлагается ввести механизм оплаты резервируемой мощности. Есть предприятия, которые подключены к подстанции, но используют не всю мощность, которую запросили, в то время как сетевые компании не имеют права «продать» ее кому-то другому. Отсюда избыточная стройка, затраты сетевых компаний на обслуживание простаивающих мощностей. Эффективным такое функционирование электросетевого комплекса не назовешь. Следствием роста издержек может стать рост тарифов на услуги по передаче электроэнергии, причем для всех потребителей, включая население. Таким образом, отказавшись от неиспользуемой мощности или заплатив за ее резервирование, потребитель внесет свой вклад в сдерживание тарифов.



3. Одной из целевых задач, по которой сети испытали полный провал – это снижение величины перекрестного субсидирования. Она не только не была снижена до 50 млрд руб., но и увеличилась до 240 млрд руб. Как вы считаете, перекрестное субсидирование когда-нибудь удастся победить?


Селезнев Валерий, первый заместитель председателя комитета Госдумы по энергетике: В части объема перекрестного субсидирования, возникающего непосредственно в электросетевом комплексе, скажу следующее. Пока наша система устроена таким образом, что потребитель, расположенный в густонаселенном районе вблизи источника электроэнергии и потребитель, находящийся в малонаселенной деревне, на отдалении от источника энергии, оба проживающие в одном регионе, платят одинаковую «сетевую» составляющую в тарифе, победить перекрестку не выйдет, поскольку она является основной самой такой системы.


Вместе с тем, считаю, что объем перекрестного субсидирования, раз уж оно существует, должен быть справедливо распределен между всеми потребителями, вне зависимости от того, к магистральным или распределительным сетям они подключены.


Глобально же для решения проблемы перекрестного субсидирования населения в масштабах страны нужна, в первую очередь, политическая воля.



Адамоков Руслан, директор по развитию АО «Татэнерго»: Перекрестное субсидирование, в том виде в котором оно существует – это зло, с которым нужно бороться. Нам нужно победить перекрестное субсидирование, иначе это станет прямой угрозой существования свободного конкурентного рынка электроэнергии и мощности. Ведь помимо перекрестного субсидирования между различными потребителями подключенными к сетям разного класса напряжения существует множество других видов: субсидирование технологий производства электрической энергии на основе возобновляемых источников энергии (ВИЭ), расходов, связанных с утилизацией твёрдых коммунальных отходов (ТКО), платежей за мощность по договорам о предоставлении мощности (ДПМ, КОММОД), неплательщиков на оптовом рынке электроэнергии за счет перекладывания убытков на плечи остальных добросовестных плательщиков, субсидирование крупных промышленных потребителей, имеющих свои источники генерации и одновременно подключение к сетям, при этом не потребляющие электроэнергию из сети, а использующие ее как резервный источник.


Это все искажает рыночные сигналы и вынуждает потребителей уходить из энергосистемы и строить собственную генерацию. Но при этом, мы не должны забывать про социально незащищенные слои населения и нужно параллельно формировать механизм адресных субсидий этих потребителей.



Дзюбенко Валерий, заместитель директора Ассоциации «Сообщество потребителей энергии»: Сначала было бы неплохо научиться контролировать перекрестное субсидирование, но, похоже, регуляторы упускают рычаги управления этой проблемой, и она нарастает как снежный ком. Был предпринят шаг по сокращению объёмов «перекрёстки» в рамках ликвидации механизма аренды «последней мили», но после этого никаких практических шагов не последовало, напротив, предпринимаются попытки вернуться к тому, от чего ушли – возродить последнюю милю через установление надбавок к тарифу ФСК для промышленности.



Балашов Максим, директор по работе с естественными монополиями ЗАО«РУСАЛ Глобал Менеджмент Б.В.»: Конечно перекрестное субсидирование можно победить, но для этого нужно хотя бы что-то делать, а не просто предлагать варианты по перераспределению нагрузки, цель которых заключается в обходе ограничений по ИПЦ для продолжения наращивания объемов перекрестного субсидирования, а отнюдь не для его сокращения.


Наши предложения по сокращению ПС следующие:

  • Снять с рассмотрения законопроект, направленный на дифференциацию тарифов ПАО «ФСК ЕЭС»;

  • Рассмотреть вопрос введения для населения дифференцированного тарифа на электрическую энергию в зависимости от объема потребления;

  • Инициировать ускоренный рост тарифов для населения в тех субъектах Российской Федерации, где конечный тариф на электроэнергию ниже среднероссийского уровня;

  • Предусмотреть средства в Федеральном бюджете на выделение адресных субсидий социально незащищённому населению с поэтапным сокращением до приемлемого уровня (50-80 млрд рублей) перекрестного субсидирования с утверждением соответствующего плана на 10 лет;

  • Ввести запрет для региональных властей на перенос затрат с одного уровня напряжения на другой в «котловом тарифе» – экономически обоснованный тариф по ВН РСК близок по величине с тарифом ФСК;

  • Дополнить ключевые показатели деятельности высших должностных лиц субъектов Российской Федерации результатами снижения величины перекрестного субсидирования в соответствующем регионе.



Отраслевой эксперт: Перекрестное субсидирование – это тактика в ущерб стратегии. Поэтому победить его удастся тогда, когда поменяется господствующая парадигма деятельности: «займ у будущего». Но это мировая проблема, и можно сказать культурно-историческая. Сейчас лозунг, приписываемый маркизе де Помпадур, поднят на флаг как никогда высоко («после нас хоть потоп»), хотя это отчасти оправдано слишком долгим сидением в тоннеле, в конце которого обещали свет и светлое же будущее, ценой отказа от настоящего.


Сила перекрестного субсидирования в том, что это соблазнительно удобно: решена проблема расходов бюджета, путём перекладывания расходов на компании (в основном в текущем моменте государственные), т.е. тот же самый бюджет и создание этой непрозрачности, неизмеримости эффектов или потерь от таких решений, но это – стиль времени: побеждает не лучшее решение, а первое реализуемое.



Пикин Сергей, директор Фонда энергетического развития: Оно и отразилось в лучшую сторону. Доля сетевой составляющей в среднем по Российской Федерации в конечной цене электроэнергии снизилась в рассматриваемом периоде.


Здесь корректнее было бы говорить о том, что благодаря полученной экономии затрат, в условиях ограничения роста тарифа с одной стороны и значительного роста неподконтрольных затрат с другой (покупка потерь), сетевые компании сохранили устойчивость, возможность строить, и подключать льготную категорию потребителей.



4. Как так получается, что регулируемая государственная естественная монополия, наращивая объемы перекрестного субсидирования, планирует по прогнозам аналитиков (ФИНАМ) получить прибыль за 2020 г. в размере 94 млрд руб. и выплатить дивиденды, сопоставимые с предыдущим годом – 23 млрд руб., насколько это корректно?


Адамоков Руслан, директор по развитию АО «Татэнерго»: Сложно об этом судить не до конца зная сути проблемы. Если это способ аккумулирования средств, для того, чтобы затем решать какие-то социально значимые проблемы, то считаю такой механизм оправданным в какой-то мере. В противном случае, это конечно не корректно.



Дзюбенко Валерий, заместитель директора Ассоциации «Сообщество потребителей энергии»: Абсолютно некорректная ситуация. У государства есть иные, более рациональные, прозрачные и эффективные способы пополнения бюджета, чем дивиденды регулируемых госмонополий. Наращивать акционерную стоимость сетевых госмонополий через дивидендную политику тоже не имеет смысла – задача привлечения инвесторов в этот сектор в обозримом будущем не ставится, скорее, наоборот, идет его масштабное огосударствление. Ради выплаты дивидендов госмонополия вынуждена использовать средства экономии, те самые, которые могли бы пойти на снижение тарифной нагрузки на экономику, а также, вероятно, прибегать к методам, схожим с финансовой пирамидой - расходовать на выплату дивидендов текущие платежи за техприсоединение, для возмещения которых потребуется нарастить объёмы техприсоединения в будущем.



Балашов Максим, директор по работе с естественными монополиями ЗАО«РУСАЛ Глобал Менеджмент Б.В.»: С нашей точки зрения получение прибыли инфраструктурной организацией, естественной монополией подконтрольной государству – это нонсенс. Мы считаем, что данная «прибыль» должна идти не на выплаты дивидендов, а должна учитываться регулятором в следующем периоде регулирования и приводить к снижению тарифов. Если есть такая прибыль от основной регулируемой деятельности – значит тариф установлен не верно и его нужно снизить или хотя бы «заморозить» на период до восстановления экономики после коронокризиса.



Отраслевой эксперт: А почему «нет»? Есть аудированные результаты и собственник хочет так распорядиться дивидендами. А вопрос о том, что и правила игры, и игрок – это суть одно и тоже, ну что ж такой выбран способ управления и конфигурация компании…



Пикин Сергей, директор Фонда энергетического развития: Во-первых, наращивает объемы перекрестного субсидирования не сетевая монополия, а государство, а уж если мы говорим о крупнейшей компании отрасли ПАО «Россети», то здесь я бы обратил внимание на то, что это публичное акционерной общество, уставом которого предусмотрено получение прибыли, а одним из ключевых показателей эффективности Генерального директора, рекомендованном Росимуществом, является «Совокупная акционерная доходность», и то и другое нацелено на получение прибыли и выплату дивидендов. Все корректно.



5. С 2015 по 2020 г. было обеспечено сокращение количества территориальных сетевых организаций на 47%. Как вы относитесь к этому процессу, есть ли какое-нибудь подтверждение его эффективности?


Селезнев Валерий, первый заместитель председателя комитета Госдумы по энергетике: К процессу сокращения неэффективных ТСО, не удовлетворяющих Критериям отнесения к территориальным сетевым организациям отношусь положительно, считаю, что процесс консолидации компаний, не способных оказать компетентные услуги, оперативно устранить последствия аварий на электросетях и поддержать качество энергоснабжения необходимо продолжать. Более того, в настоящее время в разработке находится Проект постановления Правительства Российской Федерации «О внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации по вопросам отнесения владельцев объектов электросетевого хозяйства к территориальным сетевым организациям», направленный на дальнейшее расширение Критериев.


Так, в будущих критериях вероятно будет требование об обязательном наличии в собственности ТСО минимального объёма электросетевого имущества (10 МВА трансформаторной мощности и 15 км ЛЭП). Данная мера направлена на повышение ответственности владельцев ТСО как перед потребителями электрической энергии, так и перед смежными ТСО и энергосбытовыми организациями.


В настоящее время владельцы электросетевого имущества пользуются правом получения статуса ТСО, не имея объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих им на праве собственности, а только на основании заключенных ими договоров аренды таких объектов.


Это позволяет недобросовестным владельцам ТСО накапливать долги перед остальными участниками розничного рынка электрической энергии, а затем в инициативном порядке расторгать договоры аренды электросетевого имущества, оставляя объекты электросетевого хозяйства в аварийном состоянии (из-за отсутствия надлежащего технического обслуживания), а претензии кредиторов неудовлетворенными (по причине отсутствия в собственности имущества, которым можно было бы отвечать по долгам).


Наиболее ярким примером вышеописанной безответственности является введение в январе 2018 года режима чрезвычайной ситуации в городе Сатка Челябинской области. Более 40 тысяч жителей почти на сутки остались в этом уральском городе зимой без электроснабжения в результате аварии на электрических сетях. Данная ситуация явилась итогом применения «классической» арендной схемы.


За несколько лет до описываемых событий муниципальные электрические сети были переданы в аренду ООО «Горсеть», которая, в свою очередь, заключила договор субаренды с ООО «Сети и системы». Последняя, фактически не обладая персоналом и оборудованием, заключила договор на техническое обслуживание сетей с ООО «Электросервис». В январе 2018 года указанные компании отказались обслуживать арендованные сети по причине низкой рентабельности. В результате вся инфраструктура осталась без обслуживающей организации и масштабную аварию устранять было некому. В настоящее время электрические сети города Сатки находятся в аренде ОАО «МРСК Урала», с администрацией муниципалитета прорабатывается вопрос об их приобретении на конкурсной основе.


Во избежание подобных ситуаций и проводится работа по сокращению недобросовестных ТСО.



Адамоков Руслан, директор по развитию АО «Татэнерго»: Учитывая, что электрические сети являются естественной монополией, скорее всего, положительно. Ведь это позволяет унифицировать требования к надежности электроснабжения, повышает ответственность электросетевой компании, снижает затраты на обслуживание сети. Конечно, это все должно происходить под непрерывным контролем со стороны общества и государства.



Дзюбенко Валерий, заместитель директора Ассоциации «Сообщество потребителей энергии»: Избавляться необходимо только от неэффективных ТСО, не способных обеспечить качество и приемлемый, конкурентоспособный тариф на свои услуги. Следовательно, процесс сокращения должен быть естественным, осуществляться на экономических принципах, а не административными рестрикциями. Возможно, в части качества услуг перемены к лучшему кое-где есть, но этого недостаточно – необходимо транслировать экономический эффект потребителю, хотя бы частично в виде сокращения тарифа, в противном случае возникают сомнения в эффективности и целесообразности этого процесса. Потребителям очень не хотелось бы в результате оказаться с единственной компанией в секторе, без возможности сравнить её эффективность с другими примерами.



Балашов Максим, директор по работе с естественными монополиями ЗАО«РУСАЛ Глобал Менеджмент Б.В.»: Само по себе сокращение количества ТСО не несёт какого-либо смысла, если более эффективный собственник консолидирует сети неэффективного, здесь есть смысл, а вот если пытаются «сократить» эффективную ТСО – это плохо. С нашей точки зрения МРСК не самый эффективный собственник и было бы разумным провести обещанную инвесторам при реформе РАО «ЕЭС России» приватизацию межрегиональных распредсетевых компаний (МРСК) на которую фактически уже много лет наложен мораторий.



Отраслевой эксперт: Те, кто пропал с этого «рынка», они же не были полноценными компаниями, а были компаниями, зарабатывающими на неэффективности доминирующего игрока. Она ничего не развили, не создали выдающегося в техническом или бизнесовом плане – просто паразитировали (в большинстве случаев)...



Пикин Сергей, директор Фонда энергетического развития: Наличие большого количества ТСО негативно сказывается на надежности электроснабжения. В любом естественно-монопольном сегменте существенен эффект масштаба. Считаю, что снижение количества ТСО положительно сказывается как на надежности электроснабжения, безопасности и доступности электросетевой инфраструктуры, так и на экономической эффективности электросетевого комплекса в целом. Подтверждением тому является улучшение показателей Saidi/Saifi, снижение аварийности и несчастных случаев.



6. Считаете ли вы оправданным финансирование электрификации первого этапа расширения Байкало-Амурской и Транссибирской железнодорожных магистралей за счет всего рынка, не за счет его прямых бенефициаров?


Адамоков Руслан, директор по развитию АО «Татэнерго»: Вопрос должны ли существующие потребители нести затраты на подключение новых потребителей – спорный. Мое личное мнение нет, не должны. Тем более, что это опять усугубляет проблему перекрестного субсидирования и искажает рыночные сигналы. Но, для этого нужен конкретный и прозрачный механизм распределения затрат. Иногда сложно выделить эти затраты и очень часто бывает, что реализуемые мероприятия по техприсоединению новых потребителей зачастую улучшают качество и надежность электроснабжения существующих потребителей.



Дзюбенко Валерий, заместитель директора Ассоциации «Сообщество потребителей энергии»: Необходимость расширения магистрали возникла в связи с запросами угольных компаний для увеличения, причём, на наш взгляд, недостаточно обоснованного и гарантированного, экспортных поставок. В связи с этим считаем, что целесообразно наибольшую часть финансирования возложить на бенефициаров – это будет не только более справедливо, но и создаст для них должный уровень ответственности за эффективность этого проекта.



Балашов Максим, директор по работе с естественными монополиями ЗАО«РУСАЛ Глобал Менеджмент Б.В.»: В настоящее время ПАО «Россети» (а также дочерние структуры), совместно с Минэнерго России предпочитают финансировать инвестпрограммы сетевых компаний за счет крупных потребителей ОРЭМ, таким образом перекладывая свои затраты на энергоемкую промышленность, которая в тарифах на электроэнергию и передачу электрической энергии оплачивает и строительство новой генерации, и субсидирование населения, и субсидирование цен на электроэнергию в ряде регионов. По оценкам аналитиков, строительство сетевой инфраструктуры для БАМа и Транссиба увеличит нагрузку на потребителей оптового рынка дополнительно на 7 млрд рублей.


Учитывая гарантированные тарифные доходы инфраструктурных монополий, было бы резонно рассмотреть вариант финансирования проекта строительства сетевой инфраструктуры для БАМа и Транссиба не привычным Минэнерго России способом – через нерыночные надбавки к цене на электроэнергию на ОРЭМ, а через рыночные, использующиеся во всем мире механизмы, например – размещение «вечных» (бессрочных) облигаций. Размещение ПАО «Россети» и их структурами бессрочных облигаций позволило бы профинансировать проекты по строительству сетевой инфраструктуры и генерирующих мощностей для БАМа и Транссиба без увеличения тарифной нагрузки на потребителей ОРЭМ.


В России имеется успешных опыт использование инструмента бессрочных облигаций. ОАО «РЖД» для реализации своих инвестпроектов (в том числе модернизации БАМ и Транссиба) уже разместило вечные облигации и привлекло инвестиции на общую сумму 150 млрд рублей (планируется до 370 млрд рублей) не используя такие механизмы, как: государственные субсидии, увеличение тарифов на перевозки, отказа от дивидендов.



Отраслевой эксперт: Электрификация чего бы то ни было – это вообще хорошо! Если есть государственное решение развивать инфраструктуру магистрали таким способом – что тут критиковать? Молча завидуйте собственникам, которые убедили, что иначе грузы не доедут до портов и потребителей. Вопрос так поставлен, будто мы знаем всёх «прямых» или «кривых» бенефициаров, а я их не знаю. Из очевидного: если Европа откажется от угля, то надо иметь план Б. Как решили это делать – полагаю выбрали минимальные общественные издержки, сравнив их со сворачиванием добычи и использования твердого топлива полностью. В Великобритании понадобилась Маргарет Тэтчер и 15 лет, чтобы закрыть шахты и пару отраслей, вероятно, что здесь выбран менее радикальный сценарий.



Пикин Сергей, директор Фонда энергетического развития: Финансирование электрификации первого этапа БАМ-а и Транссиба происходило за счёт инвестиционной программы ПАО «Россети-ФСК ЕЭС» в рамках утвержденных источников, говорить, что это происходило за счёт всего рынка некорректно.



7. Как вы оцениваете целевые ориентиры, закладываемые в Стратегии-2020?


Селезнев Валерий, первый заместитель председателя комитета Госдумы по энергетике: Я считаю, что учитывая скорость развития новых технологий, ставить какие-то определенные технологические цели на 15 лет достаточно проблематично. Кто знает, возможно, в ближайшие 10 лет человечество научится передавать электроэнергию без необходимости строительства ЛЭП. Единственная цель, которая точно должна стоять перед электросетевым комплексом – это обеспечение бесперебойного, качественного, доступного энергоснабжения потребителей.



Адамоков Руслан, директор по развитию АО «Татэнерго»: Я бы выделил 2 основных недостатка при формировании данного документа:

  1. Отсутствие согласованной позиции всех заинтересованных сторон, особенно потребителей.

  2. Отсутствие решения проблемы перекрестного субсидирования.



Дзюбенко Валерий, заместитель директора Ассоциации «Сообщество потребителей энергии»: Набор мероприятий и целей проекта Стратегии несбалансирован, поскольку направлен в основном на улучшение состояния электросетевой монополии без каких-либо эффектов для экономики и общества и зачастую в ущерб развитию других отраслей.



Балашов Максим, директор по работе с естественными монополиями ЗАО«РУСАЛ Глобал Менеджмент Б.В.»: Нельзя согласиться с декларируемым в проекте Стратегии развития электросетевого комплекса Российской Федерации до 2035 г. утверждением, что она в предлагаемой редакции обеспечит реализацию Прогноза социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2036 г., утвержденную на заседании Правительства РФ 22 ноября 2018 г., а также иных программных документов развития экономики Российской Федерации.


В проекте стратегии не учитывается, что в настоящее время промышленные потребители несут значительную долю нерыночной финансовой нагрузки, связанной с поддержкой отдельных регионов Российской Федерации, строительством объектов генерации, перекрестным субсидированием и т.д. По данным исследования KPMG «Перекрестное субсидирование в электроэнергетике России. Международный бенчмаркинг», ее суммарный объем в 2020 году уже достигает 1,09 трлн рублей. При этом в 2020-2030 гг. прогнозируется дальнейший рост до 1,62 трлн рублей.


Такая нагрузка влияет на экономический результат деятельности промышленных потребителей, снижает их конкурентоспособность на мировых рынках и, как следствие, влияет на макроэкономические показатели Российской Федерации. Снижение темпов роста ВВП на 1,1 % в 2019 г., по данным Минэкономразвития России, стало прямым следствием перегруженн